▲ Наверх (Ctrl ↑)
ИСКОМОЕ.ru Расширенный поиск

Лазарев В. Н.

История византийской живописи


← Ctrl  пред. Содержание след.  Ctrl →

VII. Эпоха Дук, Комнинов и Ангелов

[VII.13. Грузия]

        
 с. 105 
¦
Еще большее значение, чем для Киликии, византийская культура имела для Грузии155. В первой четверти XII века в Гелати и Икалто были основаны академии, примкнувшие к славным традициям  с. 105 
 с. 106 
¦
константинопольского университета. Здесь подвизались такие выдающиеся грузинские деятели, как философы Иоанн Петрици и Арсений Икалтоели. На грузинский язык были переведены творения неоплатоников: Прокла, Порфирия, Аммония, Гермия, Немесия Эмесского, псевдо-Дионисия Ареопагита, а также Аристотеля. Между 1123 и 1125 годами на грузинском языке появился, в обработанном и сокращенном виде, гомеровский эпос. Это тяготение к греческой культуре нашло себе яркое отражение уже в конце XI века, когда Ефрем Мцире составил трактат о древнегреческой мифологии.

155 Ср. литературу, приведенную в главе VI, примеч. 124.
358–359. Собор в Гелати, Грузия. Мозаики в апсиде. Около 1130 г.
358. Архангел Михаил

359. Богоматерь с Младенцем

     Наиболее значительным образцом грекофильского искусства Грузии является великолепная мозаика Гелатского монастыря, исполненная около 1130 года156. В конхе апсиды изображены стоящая Богоматерь, которая держит перед собою младенца Христа, и архангелы Михаил и Гавриил (табл. 358–359). Несмотря на греческие надписи и чисто византийский стиль, исполнение мозаики следует все же приписать грузинскому мастеру. На это указывают не совсем греческие типы лиц Богоматери и архангелов, а также подчеркнутая линейность трактовки. Подвизавшийся здесь художник прошел, несомненно, константинопольскую выучку. Ему были хорошо известны приемы линейной стилизации, какими пользовались столичные мастера во второй четверти XII века. Но он пошел еще дальше, расчленяя карнацию с помощью тонких линий, уподобляемых прихотливому орнаментальному узору.

156 Кондаков. Иконография Богоматери, II, 143–144; V. Lasareff. The Mosaics of Cefalù. — ArtB, XVII 1935 2, 213, fig. 26, 28; Амиранашвили. История грузинской монументальной живописи, 115–133, табл. 97–116. Для типов архангелов ср. мозаики Триеста, Чефалу и Мартораны. Разделка щек с помощью параллельных черточек находит себе близкую аналогию в портретах Комнинов в Софии Константинопольской. На грузинской почве сохранились незначительные остатки еще двух мозаик, дошедших до нас в настолько фрагментарном состоянии, что это лишает возможности иметь представление об их первоначальном виде. Одна из них украшала малый храм Джвари около Мцхеты (G. Tschubinaschwili. Die kleine Kirche des Heiligen Kreuzes von Mzchetha. Tiflis 1921, 17–19), а другая — церковь в Шорети [Д. П. Гордеев. Сообщение о Шоретской мозаике (рукопись в архиве Государственного музея искусств Грузинской ССР)]. Фрагменты из Шорети перенесены в упомянутый музей.

     Среди памятников грузинской монументальной живописи гелатская мозаика занимает обособленное место. Надо только сопоставить с нею грузинские фрески XI–XII веков, как сразу становится ясно, что последние примыкают к иным традициям. На них лежит ярко выраженная национальная печать, причем они имеют немало таких черт, которые не встречаются в произведениях других школ.

     Самым значительным грузинским фресковым циклом XI века является роспись храма в Атени, о дате которой идут споры и по сей день157. Тогда как одни исследователи (Ш. Я. Амиранашвили) относят эту роспись к 904–906 годам, другая группа ученых (Р. О. Шмерлинг, Т. В. Барнавели, Т. Б. Вирсаладзе) датирует ее второй половиной XI века. Столь разные датировки обусловлены различным толкованием ктиторских портретов и надписей с датами, часть которых либо предшествует росписи (храм построен в VII веке), либо принадлежит позднейшей эпохе. Если основываться на стиле фресок, полностью расчищенных, то наиболее вероятным временем их исполнения следует считать последнюю четверть XI века. В алтарной конхе изображена стоящая между двумя архангелами Богоматерь, которая держит перед собой младенца Христа, ниже расположен фриз с двенадцатью апостолами, а еще ниже святительский чин. Откосы окон украшены изображениями столпников, замковая часть свода вимы — медальоном с полуфигурой Пантократора, своды и стены вимы — фигурами Иоанна Предтечи и пророков Захарии, Давида и Аарона, а также двумя сценами Причащения апостолов, ныне почти целиком утраченными. На столбах триумфальной арки представлены два диакона. В западной апсиде сохранились фрагменты монументальной композиции Страшного суда и фриз с фронтально стоящими фигурами пророков и портретами ктиторов. Здесь, вероятно, изображены грузинские цари Георгий II и его отец Баграт IV и местные феодальные властители — Сумбат, сын Ашота, и Ашот, сын Сумбата. Южную апсиду украшали четырнадцать сцен богородичного цикла (главные фрагменты: ангел из Благовещения, Сон Иосифа и Рождество Христово с Поклонением волхвов), а северная апсида заключала в себе цикл праздников, сильно пострадавший от времени (самые значительные фрагменты: Распятие и Сошествие св. Духа). Наконец тромпы были украшены персонификациями райских рек (вместо евангелистов!). Около представленного в северо-восточном тромпе юноши, лежащего среди волн, уцелела грузинская надпись: «Нил». Ориентализирующий стиль росписи и ряд специфически местных черт в системе расположения фресок говорят об их принадлежности грузинским мастерам, что подтверждается и грузинскими надписями. Фигуры даны на голубовато-серых либо совсем белых фонах, являющихся пережитком раннехристианской монументальной живописи. Колориту, построенному на голубых, серебристо-зеленых и коричневато-розовых тонах, присуща большая сдержанность, лица высветлены охрой, поверх которой сделаны тонкие светлые пробели. Фигуры очерчены резкими темными контурами и обращают на себя внимание монументальностью форм, типичной для большинства памятников грузинской стенной живописи.

157 Толмачевская. Фрески древней Грузии, 8–9; С. Барнавели. Новые атенские надписи. — СообщАН ГССР, VII 1–2 1946, 87–93; Р. О. Шмерлинг. К вопросу о датировке Атенской росписи. — Там же, VIII 4 1947, 267–273; Т. В. Барнавели. О дате исполнения росписи атенского Сиона. — Там же, XVII 3 1956, 281–286; С. В. Барнавели. К вопросу о портрете Сумбата, сына Ашота. — Там же, XXV 3 1960, 379–384; Амиранашвили. История грузинской монументальной живописи, 77–98, табл. 52–89; Г. В. Абрамишвили. Заметки о дате росписи Атенского Сиона. — СообщАН ГССР, XXX 5 1963, 685–690. Против отождествления одной из фигур ктиторского портрета с армянским царем Смбатом говорит то обстоятельство, что на его голове не корона, а диадема. Тем самым отпадает один из главных аргументов Ш. Я. Амиранашвили в пользу ранней датировки фресок Атени. Реставрационные работы в Атени показали, что храм, построенный в VII веке, первоначально был лишен фигурной росписи. Единственным его украшением являлись кресты и имитация кладки в верхних частях здания (своды, арки, конхи и тромпы). Эта имитация была выполнена по светлому фону коричневато-красной краской.

     Довольно близки по стилю к атенской росписи (особенно в западной и северной апсидах) фрески нарфика и южного придела монастырской церкви в Гелати158. Монастырь в Гелати основан царем Давидом Строителем в 1106 году, но роспись нарфика главного храма выполнена около 1125–1130 годов. Здесь изображены в исторической последовательности семь Вселенских соборов, Вознесение креста и редко встречающаяся композиция Чудо св. Евфимия на Халкидонском соборе. Вселенские соборы представлены по одной схеме: в центре восседает император, по сторонам от него епископы, ниже стоят епископы-ортодоксы слева и отлученные от церкви еретики справа, причем последние лишены нимбов, головы их опущены и они либо подпирают щеки, либо сокрушенно разводят руками, либо отворачиваются от зрителя. Сопроводительные грузинские надписи указывают не только имена императоров, но также имена епископов, главных участников соборов. В изображениях подобного типа, парадных и торжественных, с особой силой проявляется ценимое византийцами иератическое начало. Роспись нарфика выполнена опытными художниками из царских мастерских. Фрески хорошо увязаны с архитектурой  с. 106 
 с. 107 
¦
интерьера, мягкая колористическая гамма построена на сочетании светло-зеленых, голубых, коричневато-красных, охряных и белых тонов, прозрачные тени и высветления на лицах лишены жесткости. Работавшие в нарфике грузинские фрескисты были хорошо знакомы с образцами константинопольской живописи.

158 Т. Б. Вирсаладзе. Фрагменты древней фресковой росписи главного Гелатского храма. — ArsG, 5 1959, 163–204. Вселенские соборы в нарфике гелатского храма являются одними из самых ранних изображений этого рода в монументальной живописи. В южном приделе, под слоем живописи XIII века, сохранились фрески XII века: Деисус, фигуры и полуфигуры пророков, апостолов, святителей, святых воинов и святых жен. По стилю они близки к фрескам нарфика.

     Особую стилистическую группу образуют фрески ряда небольших зальных церквей Верхней Сванетии. Этот горный район Грузии остался в стороне от вражеских нашествий, которые обрушились всей своей тяжестью на центральные районы страны. Поэтому здесь сохранилось много памятников средневекового искусства, удержавших в необычайной чистоте старые, отличавшиеся большой устойчивостью традиции.

     Сванские церкви расписаны по одной и той же схеме: Деисус и фигуры апостолов и святителей в апсиде, евангельские сцены на своде, фигуры святых на стенах. Особым почитанием пользовались святые Георгий и Феодор, которых изображали обычно на конях, причем Георгий поражает копьем не дракона, а «безбожного» царя Диоклетиана159. Наряду с евангельскими сценами имеются и эпизоды из житий популярных в Сванетии святых Георгия и Кирика и Иулитты160. Из-за небольшого размера церквей количество сюжетов ограничено. Художники избегают многофигурных сцен, всячески упрощая композиции которые полностью подчиняются плоскости стены. Значительное место отводится сочному орнаменту, подчеркивающему основные архитектурные членения. В массивных фигурах с крупными головами и восточного типа лицами много архаического, главным средством художественного выражения неизменно остается высокочтимая грузинскими мастерами линия, скупая палитра строится в основном на сочетании коричнево-красных, охряных и серых тонов. Таковы росписи двух церквей св. Георгия: около села Ипхи (первая половина XI века) и села Адиши (вторая половина XI и начало XII века)161. Таковы близкие им росписи церкви Архангела в Ипрари (1096)162, храма Кирика и Иулитты в Хе (1112)163, церкви св. Георгия в Накипари (1130)164 и церкви Спаса в Цвирми (около 1130)165, исполненные «царским живописцем» Тевдоре и его помощниками. Такова наконец роспись церкви Спаса в селе Мацхвариши, завершенная в 1140 году художником Микаелом Маглакели166. Всем этим росписям, образующим четко выраженную группу, присуща, несмотря на крохотные размеры церквей, большая монументальность. Но она отмечена печатью неприкрытого архаизма, что легко объясняется изолированным положением Сванетии.

159 В. Н. Лазарев. Новый памятник станковой живописи XII века и образ Георгия-воина в византийском и древнерусском искусстве. — ВВ, VI 1953, 206; Амиранашвили. История грузинской монументальной живописи, 152–155. Этот иконографический тип встречается уже на рельефе северной стены храма в Ахтамаре (915–921).
160 Амиранашвили. История грузинской монументальной живописи, 151–152.
161 На западной стене церкви св. Георгия около села Адиши представлены для устрашения верующих одни адские мучения, искусственно выделенные из композиции Страшного суда.
162 Амиранашвили. История грузинской монументальной живописи, 134–138, табл. 117–129; Н. Аладашвили, Г. Алибегашвили, А. Вольская. Росписи художника Тевдоре в Верхней Сванетии. Тбилиси 1966, 8–31, табл. 1–20. В состав евангельского цикла входят Благовещение, Рождество Христово и Крещение. Перед архангелом Михаилом (одна из лучших фигур) представлен коленопреклоненный Иисус Навин. Алтарная преграда украшена полуфигурами Кирика, Иулитты, Стефана и неизвестного мученика.
163 Амиранашвили. История грузинской монументальной живописи, 138–143, табл. 130–150; Н. Аладашвили, Г. Алибегашвили, А. Вольская. Росписи художника Тевдоре в Верхней Сванетии, 32–50, табл. 21–37. Роспись пострадала от поновлений. Евангельский цикл состоит из четырех сцен (Рождество Христово, Крещение, Распятие, Сошествие во ад), а житийный цикл, посвященный Кирику и Иулитте, — из двух (Мученичество Кирика и Усекновение главы Иулитты). На алтарной преграде размещены полуфигуры Стефана, Кирика, Иулитты и Христины, полностью переписанные в XVII веке.
164 Амиранашвили. История грузинской монументальной живописи, 143–149, табл. 149–158; Н. Аладашвили, Г. Алибегашвили, А. Вольская. Росписи художника Тевдоре в Верхней Сванетии, 51–75, табл. 38–51. В церкви в Накипари представлены четыре евангельских сцены (Рождество Христово, Крещение, Распятие и Сошествие во ад) и пять житийных (Георгий разбивает идолов, Колесование Георгия, Георгий в печи для обжигания извести, Истязание Георгия железными скребницами, Усекновение главы Георгия). Среди украшающих алтарную преграду изображений различимы еще св. Димитрий, два Симеона столпника и св. Кирик.
165 Т. Вирсаладзе. Фресковая роспись художника Микаела Маглакели в Мацхвариши. — ArsG, 4 1955, 188; Н. Аладашвили, Г. Алибегашвили, А. Вольская. Росписи художника Тевдоре в Верхней Сванетии, 76–88, табл. 52–59. Т. Б. Вирсаладзе приписывает эту роспись либо самому Тевдоре, либо его ученику.
166 Т. Вирсаладзе. Фресковая роспись художника Микаела Маглакели в Мацхвариши, 169–231. В церкви в Мацхвариши помимо восьми евангельских сцен (Благовещение, Рождество Христово, Сретение, Крещение, Преображение, Воскрешение Лазаря, Вход в Иерусалим, Распятие) особый интерес представляет вотивная фреска, изображающая грузинского царя Димитрия II, которого благословляет Христос, коронует ангел и опоясывают мечом два эристава.

     От XII века, до эпохи царицы Тамары, на грузинской почве сохранился еще ряд фресок, но большинство из них это случайные, разрозненные фрагменты. Таковы сильно попорченные остатки росписей в небольших церквах, расположенных вдоль Тедзамского ущелья: в Икви (четыре фигуры святителей в апсиде, две фигуры диаконов в окне, остатки Вознесения, Распятия, Снятия со креста, Оплакивания и Преображения в барабане, фрагменты Рождества Христова, Сретения, Входа в Иерусалим, Страшного суда и сцен из жития св. Георгия в рукавах креста), Саорбиси (1152, фигуры двух диаконов) и Павниси (в апсиде Деисус, двенадцать поясных апостолов и фигуры святителей в рост, на стенах три ктиторских портрета, сцены из жития св. Георгия, Сошествие во ад, Жены-мироносицы у гроба и другие фрагменты евангельских сцен, святые Димитрий, Феодор, Кирик и Иулитта)167. Наличие Деисуса в апсиде и Вознесения в куполе ясно говорит о том, что в системе распределения фресок художники следовали не константинопольской, а местной традиции. Самой значительной является роспись в Павниси (между 1156 и 1184), выделяющаяся светлым, прозрачным колоритом и легким, артистичным рисунком. Свободные повороты фигур, их изящные силуэты свидетельствуют об основательном знакомстве мастера Павниси с византийскими образцами168.

167 Толмачевская. Фрески древней Грузии, 10–11, рис. 16, 18, 19; Т. Вирсаладзе. Фресковая роспись художника Микаела Маглакели в Мацхвариши, 196, 202, 229; Е. Привалова. «Чудо с сарацином» в росписях Икви и Павниси. — СообщАН ГССР, ХХVIII 6 1062, 767–774; Ее же. Художественное решение двух композиций «чудес» св. Георгия в грузинских росписях зрелого средневековья. — Вестник Отделения общественных наук АН ГССР, 1963 1, 181–221.
168 В Грузии сохранились еще следующие фрески XI–XII веков:
церковь Архангелов в селе Земо-Крихи (середина XI века; большая часть росписи погибла, уцелели Деисус и святительский чин в апсиде, фигуры архангелов на своде вимы, евангельские сиены, полуфигуры св. Варвары, Марины, Екатерины и Ирины, см.: Т. Б. Вирсаладзе. Фресковая роспись в церкви архангелов села Земо-Крихи. — ArsG, VI 1963, 107–166, рис. 41–62),
церковь св. Георгия в Бочорми (первая четверть XII века; евангельские сцены и житие св. Георгия, см.: Е. Привалова. Художественное решение двух композиций «чудес» св. Георгия в грузинских росписях зрелого средневековья. — Вестник Отделения общественных наук АН ГССР, 1963 1, 197–198),
храм в Ишхани (около 1155; семь поясных фигур святых, см.: Е. Такайшвили. Археологическая экспедиция 1917-го года в южные провинции Грузин. Тбилиси 1952, 39),
церковь св. Георгия Калаубанского близ Мцхеты (середина ХII века: Деисус, фигуры святителей, евангельские сцены, сцены из жития св. Георгия),
пещерный храм монастыря Натлис-Мцемели (плохо сохранившиеся портреты Давида Строителя, его сына Димитрия I и сына последнего Георгия III, остатки Вознесения Христова в конхе апсиды и фрагменты жития Иоанна Предтечи).

360. Христос и четыре евангелиста. Конец XII века. Институт рукописей, Тбилиси. Миниатюра из Ванского Евангелия А 1335

361. Деисус. XII век. Институт рукописей, Тбилиси. Миниатюра из Гелатского Евангелия Q 908

     За исключением гелатской мозаики нигде византийские влияния не дают о себе знать с такой силой, как в грузинских рукописях XII века. Хотя их иконография восходит к антиохийской редакции, стиль носит византийский характер, мало чем отличаясь от стиля константинопольских миниатюр. Здесь надо прежде всего упомянуть так называемое Ванское Евангелие из Института рукописей в Тбилиси (А 1335), написанное в конце XII века по заказу царицы Тамары в монастыре Сохастер близ Константинополя169. Замечательные миниатюры этого Евангелия (табл. 360), принадлежащие греческому мастеру Михаилу Коресию, относятся, строго говоря, к чисто византийским памятникам. В византийском стиле исполнены и многочисленные, крайне интересные в иконографическом отношении миниатюры Второго Джручского Евангелия (Институт рукописей в Тбилиси, Н 1667, поздний XII век)170, поражающие свободой и динамикой композиционных построений (нередко отдельные части фигур выходят за пределы обрамлений), а также миниатюры шести других манускриптов из тбилисского Института: Гелатского Евангелия (Q 908, зрелый XII век)171 (табл. 361), Цветной Триоди (А 734, XII век)172, Творений Григория Назианзина (А 109, поздний XII век)173, Цкароставского Евангелия (Q 907, 1195 год)174 и крошечного, с тонким вкусом разукрашенного безымянного Евангелия (Н 2075, конец XII века)175. Несколько обособленное место занимает Астрономический трактат (А 65, 1188 год), иллюстрированный совсем реалистическими изображениями львицы, краба, барана и других животных, а также человеческих фигур, символизирующих двенадцать месяцев года176. Миниатюры обнаруживают руку искусного мастера, виртуозно владевшего каллиграфически тонкой линией.

169 Е. Такайшвили. Церковь в Ване, в Имеретии, и ее древности. — ИзвКИАИ, II (1917–1925) 1927, 94–108, табл. XХ–ХХII; Id. Antiquités géorgiennes, I. L'Evangile de Van. — Byzantion, X 1935 2, 655–663; Амиранашвили. История грузинского искусства, 205, табл. 99; Его же. Грузинская миниатюра, 22–23, табл. 30–33. Помимо изображения стоящего Христа с четырьмя евангелистами по сторонам Ванское Евангелие имеет таблицы канонов, заставки и портреты четырех евангелистов, над которыми представлены в полукружиях Рождество Христово, Крещение, Благовещение и Сошествие во ад. Композиционные типы почти буквально повторяются в cod. Marc. gr. Z540. Ср. также Marc. gr. 18, Mosq. gr. 519 и Vatop. 757. На л. 272 об. имеется подпись художника: Михаил Коресий.
170 A. Baumstark. Eine georgische Miniatürfolge zum Mathäus-Evangelium. — OrChr, V 1915, 140–147; Millet. Iconographie de l'Evangile, Index: Djroutchi, 738; Шмерлинг. Образцы грузинских рукописей, 32, 49–52, табл. X–XII; Амиранашвили. История грузинского искусства, 207, табл. 100, 101; С. В. Барнавели. О двух надписях Джручского Второго кодекса. — СообщАН ГССР, XXI 5 1958, 635–639; Амиранашвили, Грузинская миниатюра, 24–25, табл. 40–51. В украшении рукописи, имеющей 334 миниатюры, участвовало не менее трех художников, главным из которых был Микаел. Стиль миниатюр выдается передовым характером (сильное движение, развевающиеся одеяния, велумы и т. п.).
171 Н. В. Покровский. Описание миниатюр Гелатского Евангелия. — ЗОРСА, IV 1887, 170–179, с табл.; Его же. Евангелие в памятниках иконографии, преимущественно византийских и русских. С.-Петербург 1892 (= Труды XIII АС в Москве, 1890 г., I), XXVI, XXVII; A. Baumstark. Eine georgische Miniaturenfolge zum Markus-Evangelium. — OrChr, VI 1916, 152–161; Millet. Iconographie de l'Evangile, Index: Gelat, 740; Шмерлинг. Образцы грузинских рукописей, 54–55, табл. XIV, XV; Амиранашвили. Грузинская миниатюра, 23–24, табл. 34–39. Гелатское Евангелие изготовлено на Афоне в Иверском монастыре. Девять миниатюр иллюстрируют апокрифическую повесть об Авгаре Эдесском. Миниатюры, принадлежащие нескольким художникам, имеют греческие надписи. Стиль и иконография указывают на ХII век. Миниатюры дают богатейший материал для иконографии (так, например, в сцене Распятия Богоматерь представлена упавшей в обморок).
172 W. F. Volbach. Georgische Kunst. Ausstellung in Berlin. — RQ, XXXVIII 1930, 77; Шмерлинг. Образцы грузинских рукописей, 53, табл. XIII; Амиранашвили. Грузинская миниатюра, 21, табл. 28, 29.
173 Шмерлинг. Образцы грузинских рукописей, 55–57, табл. XVI и XXV, справа вверху; Амиранашвили. Грузинская миниатюра, 26, табл. 53–55.
174 Шмерлинг. Образцы грузинских рукописей, 57, табл. XVII.
175 Там же, 32.
176 Ш. Я. Амиранашвили. «Витязь в тигровой шкуре» и древнегрузинское искусство. — Шота Руставели и его время. Сборник статей. Москва 1939, 244–246; Шмерлинг. Образцы грузинских рукописей, 32; Г. Алибегашвили. Иллюстрации двух астрономических трактатов. — СообщАН ГССР, ХII 6 1956, 369–376; Амиранашвили. История грузинского искусства, 210, табл. 104–107.

     Искусство, представленное этими рукописями, было занесено в Грузию на гребне той грекофильской волны, которая шла непосредственно из  с. 107 
 с. 108 
¦
Константанополя. Это было искусство аристократии, искусство феодальных и придворных кругов и крупных монастырских центров. Большинство рукописей исполнено на хорошем, дорогом пергаменте, украшено золотом, расцвечено тонкими красками и оправлено в драгоценные оклады. Но наряду с грекофильским искусством верхних слоев общества в народных массах Грузии мирно продолжали держаться старые восточные традиции, каждый раз выступавшие на первый план как только ослабевала сила византийских влияний. Таковы, например, рукописи XI века, изготовленные в Тао-Кларджети, или Пицундское Евангелие первой половины XIII века в Институте рукописей в Тбилиси (Н 2120)177. Эта группа рукописей близка грузинским фрескам, представляющим, рядом с изделиями из металла, наиболее самобытную и оригинальную линию в развитии грузинского искусства.  с. 108 
  
¦

177 Шмерлинг. Образцы грузинских рукописей, 32, 59, табл. XXI.


← Ctrl  пред. Содержание след.  Ctrl →


Главная | Библия | Галерея | Библиотека | Словарь | Ссылки | Разное | Форум | О проекте
Пишите postmaster@icon-art.info

Система Orphus Если вы обнаружили опечатку или ошибку, пожалуйста, выделите текст мышью и нажмите Ctrl+Enter. Сообщение об ошибке будет отправлено администратору сайта.

Для корректного отображения надписей на греческом и церковно-славянском языках установите на свой компьютер следующие шрифты: Irmologion [119 кб, сайт производителя], Izhitsa [56 кб] и Old Standard [304 кб, сайт производителя] (вместо последнего шрифта можно использовать шрифт Palatino Linotype, входящий в комплект поставки MS Office).

© Все авторские права сохранены. Полное или частичное копирование материалов в коммерческих целях запрещено.