▲ Наверх (Ctrl ↑)
ИСКОМОЕ.ru Расширенный поиск

Лазарев В. Н.

История византийской живописи


← Ctrl  пред. Содержание след.  Ctrl →

VIII. Тринадцатый век

[VIII.13. Грузия]

        
 с. 143 
¦
Богатейший материал для суждения об искусстве XIII века дают многочисленные росписи Грузии. Эти росписи проливают яркий свет на то оживление, которое царило в художественной жизни христианского Востока в XIII веке, лишний раз свидетельствуя, что последний ни в коем случае не был эпохой застоя и упадка, как это неоднократно стремился доказать Н. П. Кондаков. В целом грузинские росписи, сохраняющие ряд восточно-эллинистических и сирийских пережитков, представляют четко выраженную национальную группу. На парусах изображаются необычные для Константинополя, но часто встречающиеся в Каппадокии евангелисты в медальонах, купола и своды украшаются нигде более не фигурирующей, кроме Белого монастыря в Египте, композицией Вознесения креста. Колорит фресок базируется на коричнево-красных, охристых, серых, голубых, синих, зеленых и белых красках.

     При всей самостоятельности грузинских росписей они не могут быть оторваны от основной линии развития византийского искусства. Эволюция живописи протекала в Грузии по тем же этапам, как и в Византии. Византийские формы постоянно просачивались в Грузию, система росписи грузинских храмов следует в главных чертах схеме декорации византийских церквей, большинство иконографических сюжетов заимствовано из византийских источников. Поэтому нет оснований считать, что в XIII веке грузинская живопись развивалась по своим, совершенно особым путям, намного опередив развитие византийской живописи. Только в результате такого подхода возникла ныне отвергнутая попытка датировать фрески Убиси первой половиной XIII века144. Если принять эту датировку, то пришлось бы рассматривать Грузию как колыбель всей палеологовской живописи, что решительно опровергается совокупностью грузинских памятников. В действительности фрески Убиси возникли не ранее второй половины XIV века. Ставя так вопрос, мы отнюдь не хотим отрицать художественное значение ряда грузинских росписей XIII века, ярко отражающих не только национальный подъем грузинской культуры в эпоху царицы Тамары, но и общее для всего христианского Востока оживление искусства. Однако на ту ступень, которая представлена росписью Убиси, грузинская живопись поднялась лишь в XIV веке, когда она органически переработала палеологовское наследие.

144 Ш. Амиранашвили. Убиси. Материалы по истории грузинской живописи. Тифлис 1929.

     Для Грузии царствование царицы Тамары (1184–1213)145 явилось эпохой наивысшего политического и культурного расцвета страны. Благодаря блестящим военным успехам Тамаре удалось подчинить своей власти часть Армении и персидские провинции Ирак, Хорасан, Зенджан, Казвин и другие. Активные связи с западным миром, с Востоком и Византией расширили кругозор грузинского общества, выдвинувшего в лице Шота Руставели великого поэта, в чьем творении отражена как в зеркале жизнь высших кругов этого феодального общества, одинаково хорошо знакомых и с поэзией провансальских трубадуров, и с персидской литературой, и с философией неоплатоников, и с трактатами арабских ученых, и с трудами византийских писателей. «Витязь в тигровой шкуре» — наглядное свидетельство того, насколько сложной и утонченной была грузинская культура на рубеже XII и XIII веков.

145 О грузинской культуре эпохи царицы Тамары см.: Государственный Эрмитаж. Памятники эпохи Руставели. Ленинград 1938; Шота Руставели и его время. Москва 1939.

     Цикл грузинских росписей позднего XII и раннего XIII века открывают фрески пещерного храма в Вардзии, возникшие около 1184–1186 годов, что доказывается размещенными на северной стене портретами царя Георгия и его дочери Тамары146. В апсиде изображена сидящая на троне Богоматерь Одигитрия между стоящими архангелами и чин святителей, на своде и на стенах новозаветные сцены и фигуры святых, в притворе Страшный суд, Деисус, две сцены из жизни св. Стефана и медальон с крестом, поддерживаемый четырьмя летящими ангелами. Около 1207 года была исполнена также роспись Бетании147. Помимо ветхозаветных и евангельских сцен, остатков Страшного суда, портретов царя Георгия III, царицы Тамары, царевича Георгия Лаша и двух ктиторов мы находим здесь многочисленные фигуры святых и схимников, Деисус, три фриза с пророками, апостолами и отцами церкви в апсиде и, наконец, редкую композицию Причащение Марии Египетской св. Зосимою.

146 Д. А. Кипшидзе. О росписи большого храмового сооружения Вардзии. (Извлечение из черновых материалов, собранных Д. А. Кипшидзе во время экспедиции в Месхию летом 1917 г., изданное под редакцией Д. П. Гордеева). — ИзвКИАИ, III 1925, 87–96; Амиранашвили. История грузинского искусства, 193, табл. 83–90; Г. Д. Джамбурия, К. Н. Мелитаури, Ш. А. Хантадзе, Н. Ф. Шошиашвили. Вардзия. Путеводитель. Тбилиси 1957, 76–80, табл. 36–45.
147 Д. П. Гордеев. Отчет о поездке в Ахалцихский уезд в 1917 году. (Росписи в Чуле, Сапaре и Зарзме). — ИзвКИАИ, I 1923, 11–12, 82; Толмачевская. Фрески древней Грузии, 14; Амиранашвили. История грузинского искусства, 192–193.

452. Георгий. Начало XIII века. Кинцвиси, Грузия. Фреска на южной стене

     Не позже 1208 года возникла роспись Кинцвиси — один из лучших памятников монументальной живописи Грузии148. Точно датируемые портретами царя Георгия III, его дочери Тамары и внука Георгия Лаша на северной стене, а также ктиторским портретом первого министра царицы Тамары Антония на южной стене, эти фрески стоят под сильным византийским влиянием. В куполе представлен крест, окруженный двенадцатью фигурами (Деисус и девять архангелов), в барабане двенадцать пророков и святые (в два ряда), на парусах несомые ангелами медальоны с полуфигурами евангелистов, в кафоликоне развитой евангельский цикл, Три отрока в пещи огненной, фигуры святых, сцены из житий Николая Чудотворца и св. Георгия и Древо Иессеево. В апсиде мы видим сидящую на троне Богоматерь с младенцем Христом между стоящими архангелами (конха), святителей и диаконов (оконные простенки) и полуфигуру Христа  с. 143 
 с. 144 
¦
(в нише под средним алтарным окном), а на своде и стенах вимы крест, четырех ангелов и двучастную композицию Причащения хлебом и вином. Для росписи Кинцвиси характерны необычайная мягкость трактовки, полное отсутствие резких очертаний (табл. 452). Проведенные уверенной рукой контуры отличаются эластичностью, изящные фигуры с тонкими лицами полны благородства, в колорите преобладают нежные голубые и зеленые тона.

148 Д. Гордеев. Предварительное сообщение о Кинцвисской росписи. — Hayковi записки. Працi науково-дослидчої катедри iсторiї европейської культури / Ученые записки научно-исследовательской кафедры истории европейской культуры, III. Харькiв 1929, 411–416; Толмачевская. Фрески древней Грузии, 12–13; Амиранашвили. История грузинского искусства, 191–192, табл. 82–88; К. А. Вачейшвили. Об изображении кинцвисского ктитора. — СообщАН ГССР, ХХХII 3 1963, 745–751 (на груз. яз. с русским резюме на с. 751–752). Фрески сильно пострадали от времени, но иполнение отличается особой тонкостью: лица вылеплены мягко, некоторые из одеяний покрыты золотой шраффировкой, нимбы позолочены. Среди святых в куполе следует выделить Флора, Лавра, Созонта, Онисифора и Платона. Роспись в Кинцвиси выдает более грубый характер. В апсиде здесь представлены сидящая на троне Одигитрия и Евхаристия. В последней сцене Христос дан в необычном иконографическом типе: перед раздачей причастия он совершает моление. Фрески Кинцвиси относятся к XIII веку.

     Определенную близость к декоративной системе Кинцвиси выдают фрески храма в Тимотесубани, относящиеся к несколько более позднему времени (первая четверть XIII века)149. Роспись купола повторяет роспись Кинцвиси, но в апсиде, в отличие от Кинцвиси, под сидящей на троне между двумя архангелами Богоматерью написаны два регистра: один с фигурами Христа и двенадцати апостолов, а другой с фигурами двенадцати святителей. В кафоликоне помещается развитой евангельский цикл, который расширен за счет богородичного цикла и сцен Страстей. На западной стене находится грандиозная композиция Страшного суда. Светлый тон росписи определяется большим количеством белых одежд, которые даются в сочетании с красными, коричневатыми и серыми плащами и хитонами. На этих белых одеждах эффектно выступают широкие темные штрихи складок. Сопровождаемые, как и все грузинские росписи XIII века, грузинскими надписями, фрески Кинцвиси и Тимотесубани обнаруживают тенденцию к более свободной трактовке фигуры, но эта тенденция не перерастает в новый стиль. Основой последнего остаются традиции зрелого XII века.

149 Д. П. Гордеев. Краткий отчет о командировках в Кахию и Горийский уезд летом 1917 года. — Известия Кавказского отделения МАО, V. Тифлис 1919, 26–29; Толмачевская. Фрески древней Грузии, 13–14.

     Эти же традиции определяют и стиль росписи алтарной части храма в Ахтале150. В конхе представлена сидящая на троне Богоматерь с младенцем, ниже идет пояс с Евхаристией, еще ниже написаны в два ряда фигуры святителей: Григорий Просветитель, Евсевий, папа Сильвестр, Иаков брат Божий и другие. Художник, выполнивший эти фрески, находился под сильным византийским влиянием. В композицию Причащения он ввел для вящей торжественности прислуживающих ангелов. Его рисунок отличается точностью и изяществом. Очень эффектен контраст между белыми одеждами и интенсивными синими фонами. Росписи нижнего слоя северной и южной стен храма исполнены в иной, более самобытной манере. Здесь уцелели четыре сцены из богородичного цикла (особенно интересно Ласкание Богоматери) и ряд сцен из жизни Христа (в том числе Христос перед Анной и Каиафой, Христос перед Пилатом, Шествие на Голгофу). На западной стене находится большая композиция Страшного суда.

150 Толмачевская. Фрески древней Грузии, 15; Амиранашвили. История грузинского искусства, 190–191, табл. 77–79.

     Первой половиной XIII века датируется роспись маленькой зальной церкви около монастыря Шио-Мгвиме, неподалеку от Мцхеты151. Апсида украшена здесь Деисусом с двумя херувимами, под Деисусом расположены двенадцать поясных изображений апостолов, еще ниже даны восемь святителей в рост. Своды и стены были декорированы евангельскими сценами и фигурами святых и столпников. Света на лицах образуют своеобразные орнаментальные плетения, несколько напоминающие ту манеру письма, которой придерживались мастера, работавшие в Нередице.

151 Толмачевская. Фрески древней Грузии, 9–10, рис. 5–7; Ch. Amiranašvili. Quelques remarques sur l'origine de procédés dans les fresques de Naredicy. — L'art byzantin ches les slaves, II. Paris 1932, 116–117, fig. 42, pl. XI.

     Более поздний этап развития представлен росписями юго-восточного придела храма в Гелати и юго-западного помещения базилики в Хоби, относящимися к концу XIII — началу XIV века152. В Хоби даны житие Иоанна Предтечи и ктиторский семейный портрет владельца Мингрелии Шергила Дадиани. Эта роспись, как и большинство других росписей Мингрелии (Мартвили153, Оциндале, Цаленджиха), входит в число работ грекофильского направления, либо стоящих под сильным византийским влиянием, либо исполненных непосредственно греками.

152 E. С. Такайшвили. Археологические экскурсии и заметки, II. Тбилиси 1914, 134–137 (на груз. яз.); Амиранашвили. История грузинского искусства, 242, табл. 140, 141. Стенопись в Хоби состоит из разновременных частей. Фрески юго-восточного придела храма в Гелати возникли в 90-х годах XIII века. По стилю они очень близки к памятникам раннепалеологовского круга. В конхе восточной апсиды изображен Деисус, а под ним фигуры апостолов и святителей, в люнете западной стены Троица, а под ней портреты царя Давида Нарина и его жены. На стенах размещены фигуры пророков, Георгия. Димитрия и святых воинов, а также портрет Давида Нарина в монашеском облачении.
153 Д. Гордеев. К стилистической характеристике Мартвильской росписи. — Науковi записки Науково-дослiдчоï катедри iсторiï украïнськоï культури, 6. Xapькiв 1927, 357–364. Роспись Мартвили также состоит из разновременных частей (от XII до XVII века включительно). Наиболее ранняя группа — полуразрушенная мозаика над западным входом в храм (поясная Одигитрия) и фрагменты фресок в виме (поясной архангел в медальоне, фигуры двух пророков). К Палеологовской эпохе относятся росписи алтаря и западной апсиды (Причащение апостолов хлебом и вином, фигуры архангелов, Успение Богоматери, святительский чин). Остальные фрески позднейшего происхождения.

     В отличие от фресок Хоби, представляющих наиболее передовой памятник грузинской монументальной живописи XIII века, роспись пещерной церкви в Бертубани (Давид-Гареджа в Кахетии)154 отмечена печатью большого архаизма. В апсиде изображена сидящая на троне, между двумя архангелами, Богоматерь с младенцем Христом, ниже написан фриз с идущими к центральному киворию святителями, по краям фриза представлены диаконы. Замок коробового свода украшает композиция Вознесения креста, а его склоны богородичный цикл из десяти сцен. Портреты царицы Тамары и ее сына Георгия Лаша, на голове которого красуется царская корона, позволяют датировать фрески ранним XIII веком (1212–1213). В западном притворе церкви сохранились остатки незаконченной композиции Страшного суда, намеченной лишь в прорисях. Художники, вероятно, прекратили работу из-за внезапного вторжения неприятельских войск.

154 Д. П. Гордеев. Отчет о поездке в Ахалцихский уезд в 1917 году. (Росписи в Чуле, Сапaре и Зарзме). — ИзвКИАИ, I 1923, 92–93; Г. Н. Чубинашвили. Пещерные монастыри Давид-Гареджи. Очерк по истории искусства Грузии. Тбилиси 1948, 65–71, табл. 97–112; Амиранашвили. История грузинского искусства, 245–246, табл. 148–153.

     Из этой же местной монастырской школы вышла очень интересная роспись трапезной, представляющая уникальный по своему иконографическому составу ансамбль155. Большинство сюжетов подобрано здесь под определенным углом зрения — с учетом функционального использования трапезной. Поэтому из Евангелия взяты сцены, изображающие либо трапезы (Гостеприимство Авраама, Брак в Кане, Тайная вечеря), либо эпизоды чудесного насыщения (Умножение хлебов), либо сюжеты с символическим намеком на приятие пищи духовной (Беседа Христа с самарянкой). Рядом с Тайной вечерей художники изобразили ученика Давида Гареджели Лукиана, доящего лань. Кроме этих композиций входивший в трапезную видел в апсиде Деисус, по сторонам от него фигуры архангела Михаила и Давида Гареджели, в нише северной стены полуфигуру Христа Еммануила между двумя гранатовыми деревьями, а на своде крест. Фрески трапезной отличаются грубоватой экспрессией и подкупают наивной непосредственностью выражения. По качеству они тоньше фресок главного храма Бертубани. Но и они связаны с монастырской культурой, обычно являвшейся в Грузии хранительницей старых восточнохристианских традиций. И   с. 144 
 с. 145 
¦
поскольку эти традиции были в Грузии очень сильны, постольку они задерживали процесс сложения нового стиля, который начал пускать корни на грузинской почве лишь с конца XIII и начала XIV века156.

155 Г. Н. Чубинашвили. Пещерные монастыри Давид-Гареджи, 61–64, 68–71, табл. 114–121; Амиранашвили. История грузинского искусства, 246–247, табл. 154–158. Г. Н. Чубинашвили дает явно завышенную оценку фрескам трапезной Бертубани, совершенно не соответствующую их скромному месту в истории средневековой живописи.
156 От ХIII века в Грузии сохранились еще росписи в церкви Благовещения в Удабно (Давид-Гареджа) с портретом их заказчика царя Димитрия II Самопожертвователя (1272–1289, см.: Г. Н. Чубинашвили. Пещерные монастыри Давид-Гареджи, 72–75, табл. 88–91; Амиранашвили. История грузинского искусства, 247, табл. 159, 160) и в большом пещерном храме в Удабно-Моцамети (Амиранашвили. История грузинской монументальной живописи, 53, табл. 27–30).

453. Моление о чаше

454. Явление Христа женам-мироносицам
453–454. Миниатюры из Моквского Евангелия Q902. 1300 г. Институт рукописей, Тбилиси.

     Параллельное сосуществование восточных и византинизирующих форм наблюдается также в грузинской миниатюре157. Характеризующие ее новые черты — это более свободная компоновка фигур, нередко выходящих за пределы обрамления, нарушение классической симметрии, усиление композиционной связи между текстом, с одной стороны, и заставкой и инициалом — с другой, высветление колористической гаммы, в которой преобладают голубые, розовые и сиреневые тона. В отдельных рукописях украшения исполняются только чернилами и киноварью, которые даются на фоне незакрашенного пергамента. В орнаментике все чаще всплывает плетенка. Такие рукописи как Ларгвисское Евангелие (А 26), фрагмент Евангелия (S 1401)158 и Евангелие от 1270 года (H 1344) в Институте рукописей в Тбилиси или Евангелие из Гелатского монастыря в Публичной библиотеке в Ленинграде (новая серия 17)159 при всей их самобытности (грузинские типы лиц, подражающие памятникам грузинского зодчества XIII века архитектурные кулисы) все же близки к византийским образцам. Наоборот, находящиеся в Институте рукописей в Тбилиси Пицундское Евангелие (Н 2120)160, Литургический свиток (А 18), Евангелие (A 922) и разрозненное Евангелие (H 2122, H 2125, S 2662)161 представляют типичный пример местного ориентализирующего стиля, который базируется на примитивном плоскостном рисунке и на пестрой, грубоватой раскраске. Так называемое Моквское Евангелие от 1300 года (Институт рукописей в Тбилиси, Q 902)162, чьи миниатюры исполнены в широкой живописной манере и полны сильного движения (табл. 453–454), ясно свидетельствует о том, что к этому времени более свободный стиль утвердился и в грузинских иллюстрированных рукописях, что нельзя не поставить в связь с проникновением в Грузию передовых палеологовских образцов, во многом определивших стиль грузинской живописи XIV века.

157 См. литературу, указанную в главе VI, примеч. 124.
158 Шмерлинг. Образцы грузинских рукописей, 58, табл. XX; Амиранашвили. История грузинского искусства, 205, табл. 97, 98; Его же. Грузинская миниатюра. 32, табл. 52.
159 Шмерлинг. Образцы грузинских рукописей, 57–58, табл. XVIII, XIX.
160 Там же, 59, табл. ХХI.
161 Там же, 59–60, табл. ХХII.
162 Н. Кондаков, Д. Бакрадзе. Опись памятников древности в некоторых храмах и монастырях Грузии. С.-Петербург 1890, 76–79; Ш. Амиранашвили. Убиси, 33; Шмерлинг. Образцы грузинских рукописей, 60–62, рис. 7–9, табл. XXIII; Амиранашвили. История грузинского искусства, 207–208, табл. 102, 103; В. Н. Лазарев. Новый памятник константинопольской миниатюры XIII века. — ВВ, V 1952, 186, рис. 14–16, Моквское Евангелие украшено 152-мя миниатюрами, исполненными иноком Ефремом.

     Блестящий расцвет грузинской культуры был внезапно прекращен многократными вторжениями монголов и хорезмийцев. Тамерлан довел страну до полного экономического истощения, от которого Грузия не могла оправиться в течение веков. Эпоха царицы Тамары была «золотым веком» Грузии, когда последняя достигла зенита своей славы и могущества.  с. 145 
  
¦



← Ctrl  пред. Содержание след.  Ctrl →


Главная | Библия | Галерея | Библиотека | Словарь | Ссылки | Разное | Форум | О проекте
Пишите postmaster@icon-art.info

Система Orphus Если вы обнаружили опечатку или ошибку, пожалуйста, выделите текст мышью и нажмите Ctrl+Enter. Сообщение об ошибке будет отправлено администратору сайта.

Для корректного отображения надписей на греческом и церковно-славянском языках установите на свой компьютер следующие шрифты: Irmologion [119 кб, сайт производителя], Izhitsa [56 кб] и Old Standard [304 кб, сайт производителя] (вместо последнего шрифта можно использовать шрифт Palatino Linotype, входящий в комплект поставки MS Office).

© Все авторские права сохранены. Полное или частичное копирование материалов в коммерческих целях запрещено.