Рождество Христово

О Рождестве Христовом повествуется в Евангелиях от Матфея (Мф. I, 18–25; II, 1–12) и Луки (Лк. II, 1–20), а также в апокрифических сочинениях, наиболее авторитетным из которых считалось Протоевангелие Иакова. Согласно евангельскому тексту, Мария и обрученный с нею Иосиф отправились в Вифлеем, повинуясь указу римского императора Августа о всенародной переписи. На ночь им удалось найти приют в пещере («вертепе»), служившей хлевом для скота, где и родился Христос.

Безболезненно родившая Богоматерь изображена сидящей у яслей, куда она положила спеленутого Младенца. В рождественской службе говорится о том, что этот вертеп показался Марии прекрасной палатой. Поэтому на иконе пещера представлена в виде здания с окнами, стены которого поросли серебряными травами. Ясли и пелены Младенца прообразуют гроб и погребальные пелены Христа и напоминают о его грядущей крестной смерти. Склонившиеся к Младенцу вол и осел в красной попоне символизируют иудеев и язычников, пришедших в Церковь Христову. Эти иконографические мотивы связаны с пророчеством Исайи: «Вол знает владетеля своего, и осел ясли господина своего, а Израиль не знает Меня, народ Мой не разумеет» (Ис. I, 3). За спиной Богоматери представлен Иосиф, а слева от яслей изображены благоговейно склонившиеся пастухи. Ангел благовествовал им о рождении Спасителя, и пастухи первыми удостоились видеть воплотившегося Бога (Лк. II, 8–18). Окружающие вертеп цветные горки, напоминающие кораллы, символизируют ликование земли, принявшей Создателя, и наступление весны благодати.

В левой нижней части иконы представлена сцена «Поклонение волхвов». По преданию, увидев на небосводе необыкновенно яркую звезду и зная, что наступает время исполнения древнего пророчества о рождении Спасителя мира, цари-волхвы прониклись желанием поклониться Ему. Направляясь из разных мест, волхвы встретились и продолжили путешествие вместе. Звезда вела их за собой, остановившись над тем местом, где находился Младенец.

В Евангелии сказано, что волхвы поклонились Спасителю в доме (Мф. II, 11). На ярославской иконе изображены палаты со сводчатым интерьером и окнами, «разорванным» фронтоном и вычурным картушем. Изображение восседающей на престоле Богоматери с Младенцем свидетельствует об исполнении ветхозаветных пророчеств о воплощении Бога Слова — Премудрости Божией, избравшей Богоматерь своим сосудом, храмом и престолом. В богослужебных текстах Богородица сравнивается с «одушевленным Божиим кивотом», в котором хранились не каменные скрижали Завета, но сам Архиерей Нового Завета — Иисус Христос. О золотом Ковчеге Завета напоминает свет, исходящий от одеяния Христа и престола.

Цари-волхвы, олицетворяющие три разных возраста, смиренно поклоняются Младенцу и приносят ему дары: золото — как державному Царю веков, ладан — как Богу. Один из волхвов, коленопреклоненный старец с обнаженной головой, преподносит Христу погребальную мазь-смирну, предвещая его смерть и погребение.

В правой части иконы изображена композиция «Бегство в Египет». В Евангелии (Мф. II, 13–15) говорится, что царь Ирод, не найдя божественного Младенца, в ярости велел убить в Вифлееме всех младенцев «от двух лет и ниже». Повинуясь приказанию ангела Господня, Иосиф с семьей отправился в Египет (на иконах Египет обычно изображается в виде города, к которому подъезжают Богоматерь и Иосиф).

Иконография композиций близка некоторым иллюстрациям украинских изданий конца XVII — начала XVIII века — гравюре «Бегство в Египет» из книги Лазаря Барановича «Трубы на дни нарочитые праздников» (Киев, 1677), гравюре «Поклонение волхвов» из книги «Апостол» (Киев, 1695) и гравюре «Рождество Христово» Никодима Зубрицкого.

Атмосфера духовного торжества, свойственная празднику Рождества Христова, передана иконописцем с необычайной сердечностью. Волнообразный ритм линий, мягкая пластика фигур, мажорный колорит, улыбчивые лики персонажей создают образ просветленного мира, славящего воплотившегося Господа.