Изображения с более высоким разрешением:
Последняя четверть XVIII в. (около 1778 года?)
См. в «Галерее»:
Происходит из Крестовоздвиженской церкви города Мологи.
Поступила из Мологского краеведческого музея в 1936 году.
Реставрировалась в РГИАХМЗ в 1989 году — Е. В. Грамагиной; в 1992 и в 2002 году — Е. А Цаплиной.
Вдоль верхней кромки на фоне неба черная надпись: «ЕVА(Н)ГЛИЕ ОТ ЛУКИ ЗАЧАЛО 53: Ч(Е)Л(О)В(Е)КЪ НЕКIЙ ИСХОЖДАШЕ ОТ IЕРУСАЛИМА // ВО IЕРИХОН».
Икона написана на сюжет притчи Христовой, служащей ответом на вопрос «Кто есть ближний?» и повествующей о милосердном самарянине, который оказал помощь человеку, раненному разбойниками и брошенному ими у дороги (Лк. X, 29–37). Кроме прямого смысла — о любви ко всякому ближнему — эта притча, по толкованиям святых отцов, имеет и более глубокое значение. Человек, идущий из Иерусалима в Иерихон, — это праотец Адам и в его лице все человечество, изгнанное на землю из Небесного Иерусалима за свой грех. Разбойники — бесы, позавидовавшие райски-невинному состоянию человека и толкнувшие его на путь греха. Раны — греховные язвы в душах людей. Священник и левит, прошедшие мимо израненного человека, — ветхозаветный закон, который сам по себе не мог спасти человека. Под образом же милосердного самарянина следует понимать самого Христа, который под видом масла и вина дарует человечеству спасительную благодать. Гостиница — это Церковь Божия, где есть все необходимое для духовного лечения, а гостинник — образ пастырей Церкви. Наконец, обещание самарянина на обратном пути зайти опять в гостиницу для окончательного расчета, есть указание на второе пришествие Христа на землю, когда Он «воздаст каждому по делам его» (Мф. XVI, 27).
Иконописец изображает самарянина в облике Христа уже не иносказательно, а иконографически-конкретно, переводя символический образ в непосредственно зримую форму. Среди скал, вдали, помещены прошедшие мимо: слева — левит, справа — священник в красном облачении; по мостику идет юноша с корзиной. На горизонте видны причудливые силуэты городов с круглыми крепостными башнями и шпилями замков (чрезвычайно похожие «архитектурные ведуты» можно встретить в палехских иконах второй половины XVIII века). Примечательно, что даже колористически празднично-розовый Иерусалим противопоставлен минорно-синему Иерихону. Как и на иконе «Видение Иакова», земля, процветшая сказочными цветами и диковинными деревьями, напоминает о красоте и совершенстве райского сада, некогда потерянного и обретенного вновь теми, кто последует примеру «Милосердного Самарянина».
По живописным приемам этот образ близок иконам «Видение Иакова» и «Жертвоприношение Авраама» (см. кат. №№ 35–36). Вероятно, они написаны одним мастером.
Хохлова И. Л. Иконы Рыбинска. — Рыбинск: Изд-во ОАО «Рыбинский Дом печати», 2009. — Кат. № 42, стр. 128-129.