Икона Святитель Николай Чудотворец. Интересная. Помогите разобраться.

Второй аргумент, в пользу датировки иконы София Премудрость Божия – около 1350 года. По моему мнению, с очень большой долей вероятности можно утверждать, что Лазарь Муромский был автором миниатюр Евангелия из собрания Хлудова (ГИМ, Хлуд.30), на фото 161 – слева.      
         Ольга Сигизмундовна Попова обратила внимание на интересную особенность миниатюр Евангелия из собрания Хлудова (ГИМ, Хлуд.30)  - «Пространственные, пластические и ракурсные особенности композиции, столь характерные для палеологовского искусства, в произведениях новгородского мастера отличаются либо прямолинейной утрированностью, либо недостаточной координированностью. Соотношение предметов обстановки с пространством представляется не только условным, как в палеологовском искусстве, но подчас неграмотным. Например, ножки стула евангелиста Матфея даже не расставлены на каком-либо расстоянии, а слиты по две вместе, благодаря чему стул, несмотря на все свои перспективно расходящиеся горизонтали, не обладает объемом и не окружен какой-либо определенной сферой … «.
         На фото 162 слева фрагмент миниатюры с евангелистом Матфеем Евангелия из собрания Хлудова (ГИМ, Хлуд.30). Справа фрагмент иконы София Премудрость Божия из Софийского собора Великого Новгорода. Если внимательно посмотреть на передние левые ножки престола уготованного, то они также слиты вместе, как и ножки стула евангелиста Матфея на миниатюре. Такое же неграмотное соотношение предметов обстановки с пространством.  
         Какой вывод? Произведения, фрагменты которых приведены на фото 162, скорее всего, выполнены одним мастером …

Третий аргумент, в пользу датировки иконы София Премудрость Божия – около 1350 года. В 2016 году была издана монография известного питерского историка Александра Мусина (обложка фото 163) -  Мусин А.Е. Загадки дома Святой Софии: Церковь Великого Новгорода в X - XVI вв. Серия : Slavica Petropolitana. СПб. Петербургское Востоковедение. 2016 г. 240 с.
     
       На стр. 146 (фото 164) Автор пишет – «Древнейшие новгородские иконы Святой Софии относятся к концу XV в., поэтому искусствоведы полагали, что сам образ был написан в это время под влиянием аллегорического европейского искусства. Однако подобная иконография была уже известна мастерам Грановитой палаты Новгородского кремля в 1433 г., где была открыта фреска с сходным изображением (И ссылка на статью - Сарабьянов В.Д. Росписи Владычной Палаты Новгородского Кремля: Келья Иоанна). Можно не сомневаться, что на серебряной «денге новгородской», которую стали чеканить в 1420 г., изображается именно символ Новгорода – Святая София, облаченная в венец и восседающая на троне, которой коленопреклоненно предстоял архиепископ или посадник. Эта традиция сохранилась в местном монетном деле и позднее в виде изображения лика Софии в зубчатой короне на новгородских медных пулах 1490-х гг.
      Образ Святой Софии, запечатленный на новгородских монетах и во дворе новгородских архиепископов, должен быть сложиться ранее, не позднее конца XIV в, чтобы уже в 1420-1430-е гг. получить всеобщее признание».
       
      Какой вывод? Образ Святой Софии запечатленный на новгородских монетах (прориси монет есть на фото 164), по утверждению автора книги, должен быть сложиться в Великом Новгороде не позднее конца XIV в.. Нашёлся еще один серьёзный аргумент, в пользу предположения, что икона «София Премудрость Божия» находящаяся в настоящее время в Софийском соборе Великого Новгорода была, скорее всего, написана преподобным Лазарем Муромским около 1350 года.

      Четвертый аргумент, в пользу датировки иконы София Премудрость Божия – около 1350 года. В центре фото 166 – фрагмент прориси росписи церкви Успения Богородицы на Волотовом поле. Южная стена. Богоматерь с младенцем на престоле, 1363 год. Справа и слева - фрагменты иконы «София Премудрость Божия».

Пятый аргумент, в пользу датировки иконы София Премудрость Божия – около 1350 года.
       Из статьи Царевской Т.Ю. в книге Иконы Великого Новгорода (стр. 345)  – «Несомненно, к 1510 году икона уже некоторое время существовала. Ее художественные особенности — пропорциональный строй фигур, округлая форма ликов, несколько педантичная моделировка чуть измельченных черт, с типично новгородским приемом изображения носа, тонкий линейный рисунок укрупненных глаз, манера наложения редких мелких пробелов поверх полупрозрачных заливок на выступающих частях рельефа (кончик носа, надбровные дуги, под внешними уголками глаз и над верхней губой), тающая киноварная подрумянка, приемы изображения драпировок и золотых, орнаментированных драгоценными камнями кайм — находят прямые аналогии в чиновых образах иконостаса Успенского собора Кирилло-Белозерского монастыря около 1497 года. Цветовая гамма с характерными оттенками синего, оливково-зеленого и темно-вишневого является типичной для новгородской живописи конца XV века, находя близкие параллели в колорите деисусного чина из церкви Власия (кат. №№ 29—33), праздников из церкви Успения на Волотовом поле (кат. №№ 34— 38.) и двусторонних «таблеток» из Софийского собора (кат. №№ 47—61). Однако живопись иконы сохранилась с многочисленными чинками и поновлениями, что особенно хорошо заметно в нижней, чрезвычайно потертой ее части. Здесь имеется множество следов от гвоздей, которыми когда-то крепился басменный оклад, и вставок левкаса; как уже упоминалось, многострочная киноварная надпись с толкованием образа основательно стерта. Фигуры, вероятно, не закрывавшиеся окладом, производят впечатление лучше сохранившихся. Однако очевидно, что по крайней мере ассист, элементы драпировок и причесок прописаны в XIX веке» …
     
       Практически все исследователи отмечают одну характерную особенность новгородской живописи второй половины, конца XV века – вытянутые пропорции фигуры с покатыми узкими плечами и сравнительно небольшой головой. Например, В.Н. Лазарев писал в книге Русская иконопись от истоков до начала XVI века – «... Волотовские «праздники» имеют фигуры удлиненных пропорций и усложненные пейзажные и архитектурные фоны». Те же самые вытянутые пропорции фигур мы видим и в чиновых образах иконостаса Успенского собора Кирилло-Белозерского монастыря.
       
       На первом месте у Царевской стоит пропорциональный строй фигур. И она же сама себе противоречит. Для сравнительно-стилистической датировки иконы София Премудрость Божия из Софийского собора Великого Новгорода Татьяной Юрьевной привлекаются иконы чиновых образов иконостаса Успенского собора Кирилло-Белозерского монастыря, деисусного чина из церкви Власия, праздников из церкви Успения на Волотовом поле и двусторонних «таблеток» из Софийского собора, характеризующиеся непропорциональным строем фигур.

Шестой аргумент, в пользу датировки иконы София Премудрость Божия – около 1350 года.
       Летом 2022 года неожиданно удалось скачать цифровой вариант книги Agnes Kriza. Depicting Orthodoxy in the Russian Middle Ages: The Novgorod Icon of Sophia, the Divine Wisdom. (Агнес Криза. Изображение православия в русском средневековье: Новгородская икона Софии, Премудрости Божией (Оксфордские исследования Византии). 2022 год, 384 стр.). В книге Агнес Криза многочисленные ссылки на статью Царевская Т. Ю. Ранний вариант новгородской иконографии Софии Премудрости Божией и обстоятельства его появления // Зограф, 43. Белград, 2019. С. 151–170.

       Т.Ю. Царевская в этой статье 2019 года пишет (стр. 158) – «Палеография надписи на свитке позволяет отнести ее к первой половине столетия (приношу благодарность  М. А. Бобрик и А. Л. Лифшицу за консультации по данному вопросу), что, однако, вступает в противоречия с более поздним стилем иконы».
       По моему мнению, в данном случае неправы все. М.А. Бобрик и А.Л. Лифшиц не смогли разобраться с палеографией надписи на свитке, а Татьяна Царевская со стилем иконы София Премудрость Божия. Царевская правильно определила, что М.А. Бобрик и А.Л. Лифшиц не разобрались в данном вопросе, но она ошиблась в другом. Утверждение М.А. Бобрик и А.Л. Лифшица вступает в противоречие с более ранним стилем иконы София Премудрость Божия.

       Из книги - Иконы Великого Новгорода XI — начала XVI веков. — М.: Северный паломник, 2008. – «Центральная часть композиции храмового образа новгородского софийского собора представляет собой своеобразный вариант Деисуса близкий «Царскому» («Предста Царица»). В центре, в ореоле божественной славы, изображен огнеликий Ангел-Премудрость Божия, увенчанный короной, в лоратном облачении, со скипетром и свитком в руках. Престол, на котором он восседает, утвержден на семи прозрачных («незримых») столпах. Ангелу предстоят Богоматерь в типе «Воплощение» и Иоанн Предтеча со свитком, на котором читается текст: «Се агнец // Божии вземляи // грехы всего // мира покаи//теся при[бли]жи // бо ся на вы ца//рство небесное / / уже бо секира п//ри корени // ...» (Ин. I, 29; Мф. III, 2) (надпись поновлена в XIX в.)».
       
        Надпись на свитке Иоанна Предтечи была поновлена в XIX в. Палеографический анализ, как правило, не может решить вопроса о подлинности надписи и иконы в целом. Не совсем ясна степень искажения, которой подверглись надписи. Но наш случай – особый. Сохранилось фото фрески церкви Архангела Михаила Сковородского монастыря Новгорода, автор которой, по моему мнению, был и автором иконы новгородского софийского собора (фото данной фрески на фото 171 – слева).

На фото 172 слева текст свитка Иоанна Предтечи фрески монастыря Высокие Дечаны (Сербия, 1338 - 1348 гг.), в центре -  фрески Сковородского монастыря (Новгород, около 1360 года). Оба текста оканчиваются фразой царство небесное. Если внимательно посмотреть, то и на сковородской фреске и на дечановской, практически идентичное начертание букв. Особенно впечатляет последняя графема ѥ в слове небесное.Ничего удивительного в этом почти полном сходстве нет. Фрески хоть и были написаны в разных странах - Сербии и Великом Новгороде, но практически в одно время – середина XIV века.
       В центре на фото 172 фрагмент текста свитка Иоанна Предтечи фрески церкви Архангела Михаила Сковородского монастыря Новгорода, автор которой, был предположительно и автором иконы новгородского софийского собора. Текст свитка на фреске, содержит 11 различных букв. Текст свитка на иконе, содержит 23 различные буквы. Если внимательно посмотреть, то и на фреске и на иконе, практически идентичное начертание одинаковых букв (Исключение буква Ж. На фреске Ж имеет сильно сокращенную верхнюю часть, что типично для почерков второй половины XIV в. На иконе у всех Ж верхняя часть не уже нижней, что характерно для XIII и раннего XIV в.). Это о чём говорит? Во-первых, с большой долей вероятности можно утверждать, что икона и фреска были выполнены в близкий период времени. Во-вторых, надпись на иконе, скорее всего, максимально близка к авторской. Вероятно, поновитель в XIX в. ограничился только усилением контуров букв.  
       В том случае, если считать, что при реставрации в XIX в. произошло сравнительно небольшое искажение надписи, то наиболее вероятная палеографическая датировка надписи на свитке в руке Иоанна Предтечи иконы «София Премудрость Божия» из Софийского собора Великого Новгорода – середина XIV в.

Седьмой аргумент, в пользу датировки иконы София Премудрость Божия – около 1350 года.
       
       В 2005 году вышла книга Голейзовский Н. К. Исследования в 3-х томах. Том I. Дионисий и его современники. Часть 1. — М.: УНИК, 2005. — 192 с.:
       В частности, профессор Голейзовских пишет в главе Загадки Благовещенского собора – «Таким образом предложенная И.Э. Грабарем и его последователями атрибуция благовещенских икон держится только на субъективных утверждениях о внешнем сходстве с произведениями Феофана Грека и Андрея Рублева. При этом сознательно умалчивается, что установление авторства и точной даты на основании сравнительно-стилистической экспертизы возможно лишь в том случае, когда имеются другие датированные произведения того же мастера, выполненные в той же технике, подлинность которых документально подтверждена, а сохранность авторского красочного слоя сравниваемых работ позволяет судить об индивидуальных особенностях манеры. Между тем до сих пор не известно ни одной иконы, которую на основании перечисленных признаков можно было безоговорочно приписать Феофану Греку, Андрею Рублеву или кому-либо из их сотрудников».
       И далее – «... Плохая сохранность произведений, низкий уровень знаний о древнерусской живописи, а также приблизительность и субъективность результатов стилистического анализа позволяют датировать памятники любым годом в пределах 100-150 лет (и ссылка 39)».
-------------------------------------------------------------------------------------------------------
       Ссылка 39 – «В таких приделах и доныне колеблются сравнительно-стилистические датировки древнерусских икон, открывая простор для псевдоисторических спекуляций».
       
        Икона «София Премудрость Божия» из Софийского собора Великого Новгорода датируется практически всеми исследователями второй половиной XV в. По моему мнению, данная икона София Премудрость Божия была написана преподобным Лазарем Муромским около 1350 года для алтаря Софийского собора Новгорода. Разброс датировок, как мы видим, как раз в пределах 100-150 лет, в которых по мнению Н. К. Голейзовского и «доныне колеблются сравнительно-стилистические датировки древнерусских икон» …

         По моему мнению, представленные на фото 177-180 произведения выполнены одним мастером в середине XIV века.

         Восьмой аргумент, в пользу датировки иконы София Премудрость Божия – около 1350 года. Это мнение Ольги Сигизмундовны Поповой об иконе Святитель Никола.

         Мнение по датировке иконы Святитель Никола Энгелины Смирновой мы до сих пор не знаем, а вот мнение Ольги Сигизмундовны Поповой удалось узнать осенью 2013 года. Вот такой ответ мне переслали в конце октября 2013 года. Ответ О.С. Поповой (об иконе Святитель Никола) – «Саша! Отвечаю на полученную от Вас корреспонденцию. … Я обычно по фото атрибуцию не делаю. Но что это не 15 век, как считает владелец, я ручаюсь. Вполне может быть и Новгород. Еще скажу, что икона очень хорошая по качеству и сохранности. Всего Вам доброго. Если будут вопросы - можно обсудить. Оля Попова».
   
          Ольга Сигизмундовна исключила саму возможность датировки иконы Святитель Никола XV веком!

Девятый аргумент, в пользу датировки иконы София Премудрость Божия – около 1350 года. Это ответ на вопрос? Почему для алтаря Спасского собора Твери в Великом Новгороде в 1349 году были изготовлены Царские врата (фрагмент на фото 184), и написан Деисусный чин (три иконы которого на фото 180), а для Софийского собора Великого Новгорода немного позднее Лихачевские врата (фрагмент на фото 181) и икона София Премудрость Божия (фото 182). Почему икона, а не Деисусный чин?
       
        Ведь как пишет Сарабьянов о крупномасштабном Деисусе - «… но пример церкви Федора Стратилата на Ручью, построенной в 1360-1361 гг., показывает, что во второй половине XIV в. он существовал в новгородской среде в уже сформированном виде».

        Из жития преподобного Лазаря Муромского известно, что, прожив 4 года у новгородского архиепископа Василия Калики и саморучно похоронив последнего в июле 1352 года, он не вернулся в Константинополь, а ушел в Обонежье и основал на восточном берегу Онежского озера Муромский Свято-Успенский монастырь. Заказ на написание Деисусного чина для Спасского собора Твери был неожиданным для мастерских Великого Новгорода, и судя по всему, ими был израсходован почти весь запас сухих липовых досок соответствующего размера. На сушку древесины, для написания икон, в средние века уходило не менее 5-6 лет. По моему мнению, именно из-за отсутствия сухих выдержанных липовых досок соответствующего размера, Лазарь Муромский и занимался, в основном, поновлением древних чтимых образов храмов Великого Новгорода. Деисусный чин для Софийского собора Великого Новгорода не мог быть написан по банальной причине - отсутствия в мастерских в данный период времени сухих выдержанных липовых досок соответствующего размера.

Десятый аргумент, в пользу датировки иконы София Премудрость Божия – около 1350 года. Это текст рукописи пространной редакции Жития Лазаря Муромского (ГБЛ, собр. Ундольского, № 146, 40-50 гг. XVII в.), по моему мнению наиболее близкой к протографу. В данной рукописи, на 8-й странице читаем (фото 185) – «… Аз же по повелению Василия епископа списах чюдотворный образ святыя Софии Премудрости божии. И вся церквия же во граде, и в святыя обители и жития и образы многих святых написав. И вземъ епистолию епископа Василия и преже себе послах в Кесарию к Василию епископу с купчинами. С ними же приидох в Великий Новеград … ».
   
     Что мы узнаем из этого фрагмента? Во-первых, что преподобный Лазарь Муромский пришел с купеческим караваном (со Стефаном Новгородцем и с его "осмью други своими" (?)) в Великий Новгород в конце 1348, или в начале 1349 года. А во-вторых, что в период 1349 -1352 гг. им по повелению новгородского архиепископа Василия была написана икона София Премудрость Божия.

         Одиннадцатый аргумент, в пользу датировки иконы София Премудрость Божия – около 1350 года. Это публикация Гуковой 2003 года.
         По моему мнению, Сания Нуховна не только практически безошибочно определила время и место возникновения «новгородского извода» иконы Софии Премудрости Божией, но и к тому же в своей публикации дала ответ, на большинство возникающих вопросов ...
         Причем, что интересно, в 2003 году, несомненно, Гукова и понятия не имела, что преподобный Лазарь Муромский в конце 1348, или в начале 1349 года прибыл в Великий Новгород по поручению константинопольского патриарха Исидора, и скорее всего, принадлежал к ближайшему кругу последнего. А Исидор, как известно, был первым другом и соратником Григория Паламы. Поэтому, вероятно и Лазарь Муромский был тесно связан с исихастской средой Византии, с ее церковной элитой ... Весомый аргумент, в пользу предположения, что данный иконографический вариант Софии Премудрости Божией возник в художественной среде Великого Новгорода в середине XIV века, и непосредственно связан с Лазарем Муромским, с появлением которого в Великом Новгороде и начался новый этап освоения древнерусскими мастерами византийской палеологовской живописи ...

        Причем не одна системная ошибка, а несколько! Первую находим в самом начале книги.
        Во введении Ágnes Rebeka Tóthné Kriza пишет – «Исследователи средневекового русского искусства и культуры часто предполагают, что существует очевидное совпадение между текстами отцов Церкви, доступными в современных публикациях, переводах, и восприятием этой святоотеческой традиции на Руси. Это предположение, однако, ошибочно: лишь небольшая часть византийской богословской литературы была доступна на славянском языке. Более того, значительная часть тех текстов, которые действительно были доступны и читались на Руси, никогда не переводились на современные языки и даже не публиковались. В иконографических исследованиях цитирование тех текстов, которые никогда не могли быть прочитаны создателями иконографии, приводит к антиисторическим объяснениям. Например, труды византийских исихастов о Божественных энергиях, за исключением кратких фрагментов Давида Дисипата, были неизвестны в средневековой Руси (и ссылка 46). Именно по этой причине исихастская интерпретация Софийской иконы не может быть убедительной: идея о том, что греческие тексты без славянского перевода могли вдохновить на создание такой значительной русской иконографии, как новгородская Софийская икона, может быть исключена».
-------------------------------------------------------------------------------------
        Ссылка 46 - Прохоров Г. М. «Так воссияют праведники…» Византийская литература ХIV в. в Древней Руси. СПб.: Издательство Олега Абышко, 2009 г. Стр. 15-53.
           
        Агнес Криза изначально исключила саму возможность исихастской интерпретации Софийской иконы. Ей и в голову не могло прийти, что древнерусский мастер, автор иконы «София Премудрость Божия» не только мог читать в оригинале византийскую богословскую литературу, а ещё и к тому же был послан в Великий Новгород первым исихастким патриархом Исидором, и скорее всего, входил в ближний круг последнего …

Двенадцатый аргумент, в пользу датировки иконы София Премудрость Божия – около 1350 года. Это публикация 2012 года Э.С. Смирновой в Journal of icon studies(Музея русских икон Клинтона) посвященная иконе «Св. Николай с ангелами и чудесами» - Saint Nicholas the Wonderworker with Angels and Miracles. A new image of Saint Nicholas of Myra in Russian art of the 16th century (icon from a private collection in London).
       
      После революции, как свидетельствуют остатки этикетки на обратной стороне иконы, она оказалась в музее изящных искусств (ныне Государственный музей изобразительных искусств имени А.С. Пушкина), а затем в «Антиквариате». В последние месяцы пребывания иконы в России ее запечатлела известная фотография магазина «Антиквариат» 1936 года (№16 вверху в центре фото 189). Вскоре икону в Москве купила жена американского дипломата Норриса Шипмана, француженка по происхождению, племянница крупнейшего французского скульптора – монументалиста первой трети двадцатого века Антуана Бурделя. Наследники Фанни Шипман в 2009 году выставили икону на продажу на аукционе в Вирджинии. Сейчас икона находится в частной коллекции в Лондоне.
      Энгелина Сергеевна считает икону новгородской работой второй четверти-середины XVI века и отмечает, что «эта икона отличается необычайной иконографией, а также уникальной композицией, которая подчеркивает величие образа».

Тринадцатый аргумент, в пользу датировки иконы София Премудрость Божия – около 1350 года. Это публикация 1932 года Протоиерея Георгия Флоровского(1893—1979) - выдающегося православного богослова, внесшего неоценимый вклад в становление богословских школ Свято-Сергиевского института в Париже и Свято-Владимирской академии в Нью-Йорке.      
     
      В своей работе -  О почитании Софии, Премудрости Божией, в Византии и на Руси  (“Труды V съезда русских академических организаций”. ч. 1, София, 1932, сс. 485—500), Георгий Флоровский пишет – «Известная Новгородская икона Св. Софии есть своеобразный Деисис: Огнезрачный Ангел на престоле с предстоящими, Богоматерью и Предтечей. Над главою Ангела в медальоне погрудное изображение Спасителя. Вверху этимасия. Ангел облечен в царские одежды, на главе венец, в руках жезл и свиток. Престол укреплен на семи столпах… В огнезрачном Ангеле нужно видеть Ангела великого совета, Сына Божия, — здесь оживает древний иконографический сюжет» … и далее - «Против этой иконы возражали Максим Грек, Зиновий Отенский. Диак Висковатый видел в ней “латинское мудрование”. Во всяком случае, это западная композиция. В ней два бесспорных западных мотива, неизвестных в византийской иконографии. Во-первых, Распятие в дланях Отчих (собственно образ Троицы, так называемый Gnadenstuhl), — типично западная композиция, в особенности частая в XV в. в Германии (ср. у Дюрера; впервые, кажется, в витражах St. Denis, конец ХII в., так называемая Quadriga Aminadab). Во-вторых, Христос на кресте в образе белого серафима (“душа Иисусова”, по объяснению псковских иконников); невольно вспоминается видение Франциска Ассизского на горе стигматов. Christus sub specie seraph, — постоянная тема западных мастеров, начиная от Джотто, и тоже частая в гравюрах XV в. (см. и у Дюрера) … Здесь был новый повод изображать Христа под ангельским образом …».

На фото 192 слева – икона София Премудрость Божия, написанная, по моему мнению преподобным Лазарем Муромским в Великом Новгороде около 1350 года. А справа – знаменитая икона «Спас на престоле» из Благовещенского собора Московского Кремля, написанная, как я предполагаю, Лазарем Муромским в Великом Новгороде во второй половине 1352 года, незадолго до его ухода в Обонежье.
     
       Я считаю, что протоирей Георгий Флоровский, не ошибся в своем предположении, что икона София Премудрость Божия – это, западная композиция. Также как и Александр Преображенский, утверждающий, в своей публикации 2011 года, что композиции, выполненные итальянскими мастерами для итальянских храмов, являются наиболее точной аналогией для иконы «Спас на престоле» из Благовещенского собора Московского Кремля.
   
      Из публикации Преображенский А.С. Вкладные надписи на новгородских иконах Спаса на престоле XIV века: аналогии и прототипы -  "Композиции, выполненные итальянскими мастерами для итальянских храмов, являются наиболее точными аналогиями новгородских и прочих русских образов Христа с надписями на подножии.  …   В XIII-XIV вв. число таких памятников резко увеличивается – среди них оказываются монументальные алтарные образы, в том числе созданные известными мастерами того времени. К этой обширной группе относятся, например, несколько сиенских произведений: …,  и «Maesta» Дуччо 1311 г. из сиенского собора" (илл. 193 и 194). … Сопоставление западноевропейских и, прежде всего, итальянских памятников с русскими показывает, что, несмотря на вариативность последних, на Руси прижился лишь один из нескольких иконографических типов, с которым ассоциировался мотив подножия и вотивной надписи на нем. Скорее всего, это означает, что русская традиция отталкивалась не от более распространенных на Западе тронных изображений Богоматери, а именно от икон Христа, как мы видели, связанных в основном с Римом и его окрестностями".
        И далее – «… Некоторые ранние произведения, … отличаются не только спецификой композиции, но и особыми свойствами стиля. К ним относятся как складень Лукиана, так и икона Спаса архиепископа Моисея 1330-х гг., которая насколько можно судить по ее нынешнему виду, обладает качествами, присущими произведениям развитого и еще не вполне прижившегося в Новгороде палеологовского искусства. Вместе с тем рисунок складок одежд Христа и некоторые детали престола (отверстия в форме квадрифолия) позволяют говорить о присутствии в этом памятнике западноевропейского художественного элемента … Среди мастеров, работавших в Новгороде в первой половине XIV века, были не только новгородцы, греки и южные славяне. Возможно, в обновлении местного искусства участвовали выходцы из юго-западных земель Руси, знакомые с византийской живописью в её столичном варианте, и в то же время – с западноевропейскими памятниками. Возможно, им были известны и иконографические мотивы, использовавшиеся в византирующем искусстве Италии. В любом случае, надписи на подножии русских тронных образов Спаса являются ещё одним важным свидетельством существования прямых или опосредованных контактов Новгорода и других центров с латинским Западом и показывают роль этих контактов в процессе формирования местной культуры".

    Еще одна системная ошибка в книге Агнес Криза, это датировка росписей новгородской церкви Успения на Волотовом поле. Агнес Криза датирует их 1380-е годы (фото 195-198). И к тому же неправильно подписала изображение фрески Евангелист Лука и София Премудрость Божия (фото 198). Это не калька Ф. М. Фомина как указывает Криза, а фото Л. А. Мацулевича, 1910 г. Кстати, в галерее форума росписи новгородской церкви Успения на Волотовом поле датируются, как 1390-е годы.
    Вот ссылка на изображение фрески Евангелист Лука и София Премудрость Божия в галерее форума –
https://www.icon-art.info/masterpiece.php?mst_id=4833
         
    Почему 1363 год, а не 1380-1390 гг.?
   
    Анатолий Турилов в своей работе «К вопросу о палеографической датировке росписей новгородской церкви Успения на Волотовом поле» // Храм i люди: збiрка статей до 90-рiччя з дня народження С.О. Висоцького. Киiв, 2013. С. 229-236, блестяще разобрался с вопросом датировки росписей, убедительно доказав - «Подобное сочетание новации и архаики, вполне уместно при датировке нижнего слоя росписей 1350-ми гг., а основных фресок – 1363 г., но практически исключено в более позднее время».
 
    Второй аргумент. 8 октября 2024 года на XI научно-практической конференции "Новгород и Новгородская земля. Искусство и реставрация", Царевская Татьяна Юрьевна выступила с докладом Роспись притвора церкви Успения на Волотовом поле: к уточнению иконографической программы. По окончанию доклада, на вопрос - каким годом вы датируете основные фрески церкви Успения на Волотовом поле? Последовал конкретный ответ – 1363 год.

    Третий аргумент. Практически 30 лет назад была опубликована работа - Колпакова Галина Сергеевна Роспись церкви Успения на Волотовом поле и византийская живопись третьей четверти XIV столетия. Проблемы стиля и духовной ориентации. Искусство христианского мира: Сб. ст. / Православ. Свято-Тихон. Богосл. ин-т. Фак. церков. художеств. Вып. 1. - 1996. - 128 с., С. 52 - 70.
    Галина Сергеевна пишет – «Предметом настоящей статьи является анализ стилистических особенностей искусства 50-70 годов XIV века. Отмеченный целым рядом ярких произведений, этот период византийской живописи не имеет до сих пор существенного определения своих характеристик, что приводит к необоснованному объединения периода в целом и относящихся к нему памятников с более поздними этапами развития …
    Ансамбль, к которому привлечено наше внимание в рамках данной работы фрески второго слоя церкви Успения Богоматери на Волотовом поле в Новгороде. …   В настоящее время существует две точки зрения. В соответствии с первой летописная дата (1363 г.) относится только к алтарной фреске, тогда как роспись всего храма на основании сходства с живописью церкви Спаса на Ильине улице, исполненной Феофаном Греком в 1378 г., следует датировать 1380-ми годами. В соответствии со второй – летописная дата относится только ко второму, основному слою живописи, в то время как алтарная фреска создана раньше, скорее всего, после построения храма в 1352 году. В работе принята именно эта точка зрения».  
     
    В публикации 1996 года Колпакова считала, что нижний слой росписи должен быть отнесен, скорее всего к 1353-1354 годам, а основные фрески церкви Успения на Волотовом поле к 1363 г.